Connect with us

Hi, what are you looking for?

Здоровье и красота

Психология кризисных ситуаций (7)

Вторая, критическая фаза нормативных кризисов.

Второй этап критической фазы. Конфликт.

Конфликт рассматривается как необходимое условие нормального развития в кризисе. Он позволяет и ребенку, и окружающим его взрослым ясно показать и проявить свои позиции.

В этом конфликте есть и позитивный смысл. Позитивный смысл конфликта состоит в том, что на этом этапе для самого ребенка раскрывается невозможность прямого воплощения идеальной формы в жизнь. Невозможно по-настоящему повзрослеть, просто копируя взрослых или подражая более взрослым формам поведения в том виде, как это пробует делать ребенок.

И в старых, привычных, и в новых ситуациях ребенок действует как бы в мифическом ключе, пытаясь приблизиться к той самой идеальной форме: шестилетка изображает «настоящего» школьника, подросток — взрослого.

Суть конфликта в том, что для старых ситуаций (например,   домашних) такое   новое поведение неадекватно, оно не соответствует сложившимся привычным моделям коммуникации, взрывает их, провоцируя конфликт. Хотя эти же самые старые ситуации обеспечивают одновременно безопасность, так как они комфортны и полностью сложились. Устоявшиеся паттерны легко воспроизводить снова и снова, все едет легко, как по накатанной дорожке. Например, ребенок дома привычно не слушается взрослых, упрямится, знает, что если что — можно и зарыдать, тогда его пожалеют и может быть отменят наказание. Но в школе совершенно другие правила, у него не просто есть ранец и тетрадки, а есть самые настоящие обязанности, так что его упрямство совершенно ничем ему не поможет, точно так же, как вряд ли слезы помогут избежать наказания за проступок.

«Вернулась Надежда Васильевна.

— Ну, Зоя, учи стихотворение. Выучишь — и пойдёшь домой.

Зоя надула губы.

— Не буду учить.

— Что значит «не буду»? Все, кому задано, выучили, а ты почему-то не будешь?

— Не хочу сейчас. Потом выучу.

— Зоя, не упрямься! Учи стихотворение.

— Не буду. Совсем не буду. Ни сейчас, ни потом.

— Но почему? Нехорошо так, Зоенька!

Зойка исподлобья взглянула на учительницу.

— Вы меня не должны были сегодня вызывать. Потому что я забыла выучить.

— Должна или не должна вызывать — это моё дело. Но какие странные у тебя рассуждения! Почему ты считаешь, что я не должна была тебя сегодня спрашивать?

— Потому что не должны… — упрямо сказала Зойка.

— Ну, вот, заладила повторять какую-то глупость. Учи сейчас же!» (Аделаида Котовщикова.

Обратите внимание: Как с честью выйти из неловких ситуаций.

Ох, уж эта Зойка!).

Классическим   примером конфликта может   служить   известная   всем родителям подростков ситуация, когда возникает какое-то новое требование, новый запрос. Если ребенок получает требуемое сразу же без возражений,  требование может возрасти, доходя до абсурдного. Как только  родители отказываются предоставить требуемое (как правило, разрешить что-то, ранее запрещавшееся), возникает конфликт. При этом возникает стойкое впечатление, что суть конфликта не в отказе, а в конфликте самом по себе. Такое же поведение бывает и у трехлетних детей. Характерно, что даже если отказа нет, это все равно может привести к бурной эмоциональной реакции.

Ребенок словно ищет конфликта, желает отказа. Если мы попробуем рассмотреть это новое требование ребенка как  форму  пробы  своего   нового   «взрослого»   образа,   становится понятной такая настойчивость. Если мама разрешает гулять допоздна и не требует обязательно быть дома к ужину, то нет остановки, нет противостояния, а значит на самом деле нет и заслуги ребенка в его новой роли.

Любопытно, что аналогичный конфликт может быть спровоцирован самим ребенком и посредством ограничения действий взрослого. Пример из рассказов родителей детей 11-12 лет: ребенок пытается запретить маме заходить в его комнату, настаивая на том, что это его территория. Мама, рассказывая об этом, говорит, что «…он меня как будто испытывает, сколько я выдержу».

«Сестра воинственно встряхнула волосами, такими пышными, словно взошедшими на дрожжах, и такими волнистыми, что в них, как в разгулявшемся море, тонули восторженные взгляды старшеклассников. И даже некоторых папиных приятелей – друзей дома. Правда, после этого их в дом больше не приглашали.

– Ты собираешься родителям мстить?

– Я хочу от них защититься. Главным образом от непорочного папы. Но в крайнем случае и маму поставлю на место. Потому что осточертела мне отцовская слежка, опостылели их монастырские проповеди… и железный режим: возвращаться не поздней десяти и подробно докладывать – где была и на что мой спутник «претендовал».» (Анатолий Алексин. Сволочи).

Все эти ситуации показывают необходимость для взрослеющего ребенка увидеть, почувствовать границу своих возможностей, в частности, меру своих свобод.

Конфликт вызван тем, что на самом деле взрослый не признает «чувства взрослости» ребенка. С этим трудно не согласиться, но возникает вопрос, исчезнет ли причина для конфликта, если взрослый пойдет на уступки? По многим наблюдениям можно сказать, что при уступке взрослого исчезает лишь повод данного конкретного конфликта. Как правило, сразу же возникает следующий конфликт и ситуация продолжает раскручиваться.

В конфликте становятся видны и очень эмоционально переживаются преграды к реализации идеальной формы. Внешние преграды, связанные с проблемами в отношениях с родителями, другими значимыми взрослыми, через некоторое время уйдут, но им на смену придут внутренние. Внутренние же преграды связаны с тем, что ребенок осознает недостаточность собственных способностей для того, чтобы быть по-настоящему взрослым.

Больше интересных статей здесь: Психология.

Источник статьи: Психология кризисных ситуаций (7).