Это был один из тех прозрачных, сентябрьских дней, когда проснувшись поутру чувствуешь непреодолимую потребность оказаться в лесу с корзинкой и перочинным ножом. Идти, вдыхая ни с чем несравнимый запах осенней листвы, по детски радоваться каждому найденному грибочку.
Перекликиваться:»Аннушка!» «Я здесь, Илюша!» Намотаться, вобрать в себя весь этот восторг, ощутив единенье с природой и, приехав домой, наскоро, в четыре руки сотворить похлёбку — густую, не экономя грибов… «М-да, ещё не забыть прикупить свежей деревенской сметанки, на обратном пути,»- вот что-то такое думал Илья, поглядывая на жену, полненькую, домашнюю и родную.
Достаточное обеспечение давно позволяло им на заказ приобрести любые отборные грибы и даже не участвовать в их обработке, и приготовлении. Но супруги выбирали кайф тихой охоты. У Ильи затренькал телефон.
Отозвавшись, мужчина услышал голос младшей сестры Наташи. Она готова была разрыдаться. Сделав жене знак подождать, Илья прошёл к себе в кабинет. Говорила, в основном, звонившая, а Илья отвечал отрывисто:»Вот как. Ты не ошибаешься? Понял. Завтра прилечу.»
Из кабинета вышел озадаченный:»Аннушка, охота отменяется. У Натки семейные проблемы. Славка ушёл. Она в полном отчаянии. Даже, что-то про нежелание жить говорила. В память о маме поеду — она Наташку очень любила, хотя перебирать чужое бельё — бр-р.» Илья передёрнулся.
Анна, привыкшая легко перестраиваться на волну мужа, кивнула:»Значит, заказать билет, вещи я соберу…» «Я туда и обратно. Наверняка никакой катастрофы и довольно быстро я стану там лишним.»
К Илье подступало 65-летие. Сестра была моложе на 17 лет. На этой цифре она, когда -то и уехала во Владик с будущим мужем Славой. Виделись брат и сестра счётом. Разве, что на похоронах родителей в разные годы. Прощаться с дедом, пережившим жену и дочь, Наташа не приезжала. Но созванивались, пересылали друг другу фотки близких. И тем не менее, Илья проникся женской проблемой сестры.
Наташка помнилась Илье юной, а дверь открыла усталая женщина — морщинки, набрякшие веки. «Илья!»- она с ходу уткнулась брату в грудь и завыла, как по покойнику. Потом минут сорок захлёбывалась словами, то доказывая, какой Славка негодяй, то предаваясь воспоминаниям о хороших временах.
Порядком устав, Илья уточнил:»Ты хочешь, чтобы он вернулся, не смотря на загулы, так?» Наташка мелко закивала головой с неудачной химией:»Ни словом не упрёкну. Только пусть не разводится. Мало ли, что дети большие. Внукам дедушка нужен.А главное мне без него тошнёхонько-о!»
«А где он обретается?» «Да, как назло в наследство вступил — появилась хата для баб. Вот и слетел с катушек окончательно. Придумал, что может ещё одну молодость пережить, представляешь?!» По второму кругу Илья бы не выдержал, а потому запросил адрес. «Это в другом районе, минут тридцать на маршрутке…» Брат поморщился:»Какая маршрутка? Такси!»
Первые минут десять Славка просто привыкал, к свалившемуся на голову брату жены. Между ними толкового знакомства-то не было и вдруг — в гости прибыл. «Да не гость я. Скорее посланец мира и дружбы,»- постарался разрядить обстановку Илья.
Славка хлопнул себя по лбу:»А-а. Понял. Натаха! Ты как — побазарить или бить пришёл?» «В морду тебе надо было дать, когда ты её 17-летнюю соблазнил, да с учёбы сорвал. А теперь что ж…»- Илья без приглашенья разделся и прошёл на кухню. Выставил из пакета купленные по дороге коньяк, какую-то закуску. Вячеслав оживился и зазвенел рюмками. Стол в момент стал похож на картину: «Ужин. Без баб-с.»
Выпили. «Ну?»- потребовал шурин мужской версии расставания. Славка развёл руками:»Нет чувств. Никаких, как к женщине. По человечески я её понимаю: под полтинник остаться одной — обидно. Но не могу! Я тоже у себя один. Охлаждение началось давно и первая любушка у меня появилась лет пятнадцать назад. Из-за детей не уходил. Довёл до ума — вырастил, вкалывая на стройке, между прочим, выучил, свадьбы сыграл. Да, менял баб. Бывало, палился, но постою на коленях с букетом роз — Натаха и простит.»
Помолчали, выпив ещё по рюмке. Не желая читать нотаций взрослому мужику, Илья поинтересовался:»Ну, а теперь чего за развод ухватился?» Вячеслав осклабился:»Хата обломилась. Жаль мать, но пожила. Да и Наташке мало жить под одной крышей. Под одним одеялом спать хочет и подтверждений, что я к ней не безразличен. Ты её видел, скажи: что в ней уже нравится может? И это она ещё одета!» Илья нахмурился:»Не доходи до цинизма, не сдержаться могу.»
Славка неприметно поёжился (шурин, даром, что старше, был широк в плечах и стариком не казался). Продолжил, выбирая слова, но о в одном направлении. Что взаимная любовь между супругами, до конца дней, редкость. Разочароваться в браке, остыв к жене, не преступление. И он не виноват, что сохранился лучше жены и силы мужской в нём немерено. «Но ведь не только страстью измеряются отношения. Наверняка, Наталья всю себя отдавала семье. Двое детей. У тебя ведь операция была серьёзная,»- пытался усовестить Славку Илья.
Тот подтвердил:»Была. Пол желудка отняли. Думал всё. Наталья суетилась, конечно. Диету только благодаря ей соблюдал. В Кисловодск меня отправляла — на воды. Настолько успешно. что в третий приезд я уже закадрил с медсестричкой одной. Всё-всё. Без подробностей. Но я одного не пойму — ты сам, наверняка не святой, с такими-то деньгами. Поди целый гарем на стороне держал, а? Вот только не надо меня за грудки хватать. Я ж, как мужик мужика спросил.»
В общем-то, Славка был прав и Илья заставил себя расслабиться. Ответил, по дурацки, но как в слегка хмельной ум пришло:»Анна у меня одна. Словно в ночи луна. Словно в году весна. Словно в степи сосна.» Славка глаза округлил:»Врёшь или со здоровьем беда?» Илья, не отвечая, смотрел насмешливо и вызвал бурю раздражения у пока ещё мужа сестры:
«Да это же аномалия какая-то! У тебя цех по изготовлению пластиковых окон — это ж какие деньги шли в прежние годы!» «И сейчас не жалуюсь. Правда, сын теперь заправляет делом, а я курирую. Состоятельный или не очень — не в этом дело, Слава. Совру, если скажу, что пылаю к Ане по — прежнему. Но есть в памяти такое…
Обратите внимание: Служебный роман: о чем нужно помнить любовникам?.
Своё.» «Расскажи, а вдруг перевоспитаешь,»- загорелся Славка.
Но Илья поднялся:»Я ж говорю: своё. Да и могила тебя только исправит. И что Натка так за тебя держится — не понимаю. Уж такого, как ты — лысого, да с пачкой махорки вместо задницы — найдёт. А я ей деньжат подкину, чтоб полегче искалось.» Про деньги специально сказал, хоть и противно было. Но может, клюнет гусь Славка и получится, что он, как брат, сестре окажет услугу.
Снова такси и он у Натальи. Полночь, а она не спит. Ходит жалкая и из-за этого, кажется почти ровесницей его Аннушки. «Фифти-фифти, Наташ,- не дожидаясь вопроса, сказал Илья.- Но я бы тебе развестись посоветовал. Прозвучит грубо, но зачем тебе мужчина, которому ты не нужна? Начни себя уважать, сестрёнка. Материальных проблем не бойся — я помогу деньгами.» «Сколько? Суммой какой?»- быстро поинтересовалась Наташа и брат понял, что она прикидывает можно ли будет «купить» Славку.
«Я с Аннушкой обговорю ваши дела и отвечу.» Наталья некрасиво скривилась:»Да, Анька хорошо устроилась. Пользуется твоими деньгами, сколько уж лет не работает. Стала квашня квашнёй, судя по фото, что ты мне присылал с Нового года.» «Анну не трогай, если не хочешь, чтоб я тебе напомнил про парализованную маму, про деда нашего с деменцией. Спать я пошёл. У меня билет на… уже сегодня.»
Илья и в самолёте дремал, но, как-то странно, с воспоминаниями. На Аню он обратил внимание в десятом классе, подумав:»Не девчонка, а птичка-синичка. Махонькая, весёлая. Глаза, как звёздочки.» Гулять вместе начали. Потом учились. Он в техникуме, она в медицинском училище. Свадьба. Тогда ещё были здоровы и живы — мама с батей, дед, сестрёнка подрастала. Вот только бабушка уже умерла.
Аннушка жить в этом его шалмане (хоть и в четырёхкомнатной квартире) не захотела, а у её предков тоже была теснота. Уехали на север за длинным рублём — на кооператив зарабатывать. Вернулись с двумя детьми и деньгами, но уже к серьёзным переменам в стране. Доверчивые, вложили деньги, чтобы удвоить и потеряли всё, до копейки.
Стали жить у Ильи. Наташка уже с Вячеславом познакомилась и, забеременев несовершеннолетней, уехала с ним во Владивосток. Все, кроме деда, работали, а купить поесть не на что было — сплошные задержки. Как-то батя, получив зарплату за три месяца, счастливый возвращался домой со второй смены. Какие-то негодяи напали, ударив сзади по голове. Отца нашли утром, остывшим. Маму Ильи, потерявшую сознание на похоронах мужа, увезли в больницу с инсультом, и она больше сама себя не смогла обслуживать.
Чтоб хоть как-то прокормиться, Аннушка пошла в реализаторы. Хозяин платил ей продуктами — в конце недели приносила домой с пол кило сахара, пачку чая, какую-нибудь крупу или макароны, банку тушёнки, консервы. Собственно, благодаря ей в голодные обмороки дети не падали. И свекровь, жутко стеснявшаяся помощи сына, на Анне была. Помыть, переодеть, заменить мокрые простыни.
Дед дурил (они ещё не догадывались, что от болезни): мочился мимо унитаза, ни о ком не думая, съедал еду приготовленную на всех. Демонстративно курил самодельные папиросы — табак, закрученный в обрывки газет, и нужно было следить. чтоб не спалил квартиру.
Однажды, возвращаясь с дневной смены, Илья зашёл на базарчик, где торговала жена. Одетая в старую из овчины шубу, обвязанная крест накрест шалью, в валенках, оставшихся от его покойной бабушки, она стояла на морозе за прилавком и старалась улыбаться покупателям.
Для удобства обслуживания, Аня была не в варежках и даже не в полноценных перчатках, а в так называемых, митенках — часть ладони прикрыта, а пальцы наружу. Время от времени Аня дышала на покрасневшие от мороза пальчики, пытаясь согреть. У Ильи остановилось сердце. Именно тогда он решился уйти с завода, наплевав на невыплаченную зарплату за несколько месяцев.
С надёжными приятелями, взяв кредит и хорошо покумекав, начали со скупки стареньких (аварийных) автомобилей и их перепродажи после ремонта. Очень во время: Анна тяжело заболела и несколько месяцев провела в больнице: двухстороннее воспаление лёгких, пиелонефрит. Навис страх её потерять и Илья был счастлив, что появились какие-то деньги на лекарства и фрукты. Аннушку вытянули.
Позже, значительно позже возникла идея «пластикового» бизнеса. Оказалось, прибыльного — новые окна хотели многие. И наступило время, когда семья Ильи и Анны могла себе практически ни в чём не отказывать. Слава богу, его мама это время тоже застала — хоть немного порадовалась. Уже без неё, но всё ещё с дедом и с подросшими сыном и дочкой, продав квартиру, переехали в собственный дом. Аня могла себе позволить помощницу по хозяйству, но выбрала сиделку для деда — уже прозвучал диагноз деменция.
И что дорого — Илья не помнил Аннушку злой, раздражённой. Разве что усталой, но с ямочками на впалых щеках от улыбки. Как грустно — пришло обеспечение, но значительно померкла молодость. Старались, конечно, жить интересно — куда-то ездить, принимать гостей (последнее — после ухода деда). Дочь и сын учились в выбранных институтах — хорошо одетые, немного, наконец, балованные.
С Аннушкой произошла неприятная метаморфоза — она незаметно стремительно набрала вес. Исчезла талия, бёдра стали излишне пышными. Она выглядела не противно, а мягко уютно, но очень переживала из-за таких перемен. Конечно, обращалась к врачам, разного рода специалистам по правильному питанию, фитнесу. Из лишних сорока килограммов, удалось сбросить пятнадцать и больше тело не пожелало ни грамма отдать.
На Илью, высокого, интересного, всегда посматривали девушки. Годы прибавили ему харизматичности, а деньги, импортный автомобиль превратили в глазах молодых дев в принца. Ему приходилось много общаться с женщинами — клиентками, да и улицы были юными красотками заполнены. И да, залетали крамольные мысли в голову, будоражили воображение Ильи чьи-то стройные ноги и высокая грудь.
Однажды холодной осенью ( лил дождь), рассекая на своём лексусе, мужчина приметил девушку совершенно промокшую. Притормозил: «Садись, подвезу.» Впорхнула и такой весенней повеяло свежестью, что у Ильи закружилась голова. Девочка, лет двадцати двух, была хороша — в облаке светлых волос, ясноглазая. И с готовностью познакомиться с интересным мужчиной (уже вовсю началась мода на зрелых, обеспеченных мужиков).
Какой-то завязался разговор и тут она поднесла свои нежные, наманикюренные пальчики к губам, кокетливо признавшись:»Я так замёрзла!» А в нём мгновенно отключилась готовность к флирту. Вспыхнуло: зима, прилавок. За ним замёрзшая до полусмерти Аня в митенках, пытающаяся обогреть дыханием пальцы с коротко подстриженными ноготками.
Девушку он довёз, куда ей требовалось, но без просьбы дать телефон. Он даже имя её не спросил. И это было единственное искушение, которому он едва не поддался. Да, у него были деньги, но и совесть («увы» или «ах»?) имелась.
Через определённое количество часов, уже после душа, в уютном махровом халате, Илья чаёвничал с Аннушкой. Говорили, конечно, о Наташе и Славке. «В общем, если денег дать, скажем, тысяч двести, он наверняка вернётся. Но не правильнее ли Натке сколько-то отправлять ежемесячно, навроде пособия?» — рассуждал Илья.
Анна на минутку задумалась, а потом обняла мужа тёплой рукой:»Поговори с ней ещё, прочувствуй состояние. И если для неё жизненно важно его возвращение — дай бОльшую сумму. А там посмотрим. На себе не испытала, но уверена — разбитое сердце — это невыносимо больно.» Илья поцеловал жену:»Знаешь, я Славке сказал, что ты у меня одна, но забыл сказать самое главное.» «Что же?» «Что я об этом ни капельки не жалею.»
P.S. Я помню: в то дикое время, мы стоим с Аней у входа в подъезд. Обе молодые, но растерянные и рассуждаем, чем накормить детей, если в доме даже топора нет. А на другой день Аня звонит в нашу дверь. В руках банка на которой написано:»Тушёное мясо» и стакан с рисом. Это, казалось, равноценным золотому слитку. «Ань, я не могу это взять.» «Конечно, можешь. Мне хозяин за неделю работы дал много всего. Даже лишнее.»
Благодарю за прочтение. Пишите. Голосуйте. Подписывайтесь. Лина
#семейные отношения #реальные истории, рассказы #пожилой возраст #семья любовь отношения
Еще по теме здесь: Отношения.
Источник: Он помнит её замёрзшие пальчики.
- Ловелас
- Отношения зашли в тупик. Как быть?
