Connect with us

Hi, what are you looking for?

Здоровье и красота

Адольф Гитлер: в собственном зеркале и глазах немецкого народа…

С одной стороны, биография этого («человеком» язык не поворачивается назвать) лидера Германии таит немало интересного. Как для историка, так и для медицинского специалиста. Впрочем, для любителя оккультного тоже огромная часть пирога останется.

В первую очередь из-за знаменитой фразы Гитлера в 1936 году, когда он наперекор всем приказал войти в демилитаризованную Рейнскую область. Все были в ужасе, ожидали повторной оккупации Германии Францией и Англией, но… случилось чудо, союзники по Первой Мировой лишь проблеяли типа: мы возмущены. И всё.

А воодушевлённый Гитлер, давая объяснение своему поступку, сказал: «Я следую своему курсу с точностью и осторожностью лунатика». Это попало в прессу. Цитата потрясла мир, так политики свои действия ещё не оправдывали. Особенно во времена острейших кризисов.

Народ Германии не забеспокоился. Потому что уже привык: благодаря избранному курсу, этот лунатик безошибочно пришёл к власти, совершил множество чудес. Социальных, экономических, политических, имиджевых. Эпизод с «рейнской авантюрой» показал уже целому миру: не всё в фюрере просто, как кажется. Адольф входил в историю, как самый обожаемый и самый ненавидимый лидер государства, которого только знало человечество.

Верит или мошенник?

Этот вопрос задавали всегда соратники по национал-социалистической партии, друзья, попутчики, противники… Многие оставили собственные мемуары и точки зрения, полярные и противоречивые. Но обобщая огромные массивы корреспонденции, появляется понимание: Гитлер по-настоящему верил в своё собственное величие. Во время интервью Шушнигу в Берхтесгадене вообще начал обескураживающее:

«Вы понимаете, что находитесь в присутствии величайшего немца всех времён?».

Герману Раушнингу, автору книги «Разговоры с Гитлером», фюрер заявил:

«Мне не нужно ваше одобрение, чтобы убедить меня в моем историческом величии».

А леваку Грегору Штрассеру, лидеру радикального крыла НСДАП, который был убит во время «Ночи длинных ножей», бросил во время публичного партийного спора:

«Я не могу ошибаться. То, что я делаю и говорю, имеет историческое значение».

И таких высказываний… десятки. Особенно это удручало немецких генералов и фельдмаршалов. Они признавали с грустью: Гитлер был единственным руководителем в истории Германии, который оказался полностью подготовленным для настоящего лидерства. Сумел воодушевить и собрать в единое целое несовместимые вроде классы и касты: либеральную буржуазию, прусское юнкерство, рабочих, крестьян, интеллигенцию и сентиментального городского бюргера. Стал мнить себя величайшим военачальником, заявив:

«Я не играю в войну. Не позволяю генералам отдавать мне приказы. Война проводится мной. Точный момент нападения будет определяться мной. Я не пропущу его…».

Фюрер принимает сторону малочисленных новаторов. Вроде бы не задумываясь, меняет военную тактику и стратегию наступления и обороны. Считает себя выдающимся экспертом в любой области, позволяет перед Рейхстагом такие заявления после оккупации Рейнской области:

«В последние двадцать четыре часа я был верховным судом немецкого народа».

Однако… «Безумец или провидец?» — спрашивают, ещё оставшиеся в рамках здравого смысла, немцы.

(Иллюстрация из открытых источников)

Гитлер становится «величайшим из всех германских архитекторов», этому занятию отдаёт до неприличия много времени. Правит чертежи новых зданий, планируя перестройку целых городов. Хотя не смог сдать вступительные экзамены в венскую Академию искусств, считает себя единственным компетентным специалистом в живописи, архитектуре, массовом искусстве. Даже распускает профильный германский Комитет по этим вопросам, устав от возражений.

Сферы экономики, обороны, образования, международных отношений, пропаганды, кинематографа, музыки или женской одежды… во всём разбирается. Мало того, мнит себя неоспоримым авторитетом. Судя по всем сообщениям, верит в собственную силу, переходя зыбкую грань «медицинского всемогущества», называемую врачами «манией величия». Один ошарашенный венгерский дипломат пишет:

«…его вера в собственный гений или, можно сказать, в свою звезду, безгранична… он уже не может переносить ни критики, ни различных мнений. Если кто-то пытается противоречить Гитлеру, то ему это кажется преступлением против собственной персоны; противостояние его планам расценивается как святотатство».

Это одно из многих наблюдений мирового дипломатического корпуса. Вопрос: откуда источники такой убеждённости в собственном величии? Астрология и его регулярное общение с шарлатанами этой области? Нет. Близкие к фюреру люди это отвергают, несмотря на послевоенные попытки историков внести «звездный мистицизм» в моменты принятия ключевых решений. Информатор из датского посольства, получив соответствующее задание, написал в отчёте:

«Немецкий фюрер никогда не составлял своего гороскопа, является принципиальным противником гороскопов, поскольку чувствует, что они подсознательно могут оказать на него влияние».

(Иллюстрация из открытых источников)

Истоки болезни.

Так откуда это (порой смешное) чувство собственной непогрешимости? Первые смутные рассказы берут своё начало в начале 20-х годов, когда Гитлер дисциплинированно и часто берёт уроки по ораторскому искусству и актерскому мастерству. Живо интересуется «психологией масс» у странного человека по имени Хануссен. Астролога, мошенника, предсказателя судеб.

Работая в новой тогда системе Станиславского, тот научил Гитлера полностью погружаться в создаваемый образ, достигать наибольшего драматического эффекта. Именно Хануссен ввёл будущего фюрера в мистический кружок «астрологов, ожидающих прихода «второго Шарлеманье и времени нового Рейха»».

Очевидец посещений Адольфом этого закрытого клуба твёрдо уверен: тот не верил в астрологические прогнозы и пророчества. Лишь живо интересовался, как подобная фантастическая мистика действует на народ, к коллективному интеллекту которого Гитлер относился… пренебрежительно. Но крайне опасался людей науки, откровенно их ненавидя:

  • «Второстепенное значение имеет тренировка умственных способностей»;
  • «…нам мешают сверх-образованные люди, напичканные знаниями и интеллектом, но лишённые любых здравых инстинктов»;
  • «…эти бесстыдные негодяи (интеллектуалы), которые всегда все знают лучше всех других…»;
  • «…интеллект вырос в деспота, и стал болезнью жизни».

Не в силах принимать участие в интеллектуальных спорах на страницах газет и особенно — толстых философских журналов, в 20-ых годах Адольф погружается в какую-то мистическую депрессию. Постоянно оговаривается пред «пивными соратниками»: Германии его послало само провидение, ему надлежит выполнить особую миссию…

Все попытки товарищей прояснить это — проваливаются, Гитлер явно не понимает масштабов этой миссии. Или скрывает собственные объяснения. Но твёрдо убеждён: именно он спасёт немецкий народ, перекроит всю Европу.

Обычной отговоркой уже тогда становится: «внутренний голос» сообщает шаги, которые необходимо предпринять: «Я лишь выполняю команды, которые мне даёт провидение».

«Ни одна сила в мире не может теперь сокрушить Германский Рейх. Божественное провидение пожелало, чтобы я осуществил выполнение германского предназначения».

«Но если зазвучит голос, тогда я буду знать, что настало время действовать».

В этом причина гипнотического действия на целый народ? В святой непогрешимости, что надлежит выполнить «особую миссию, по указанию и под защитой провидения»?

(Иллюстрация из открытых источников)

В этом уверены многие современники фюрера. Большинство исследователей даже развивают тему, говоря о постепенном росте уверенности «чувства судьбы и миссии», подкрепляемом результатами успешной деятельности молодой и неизвестной партии под руководством Гитлера. Историкам категорически возражают психологи: так схема не работает.

Адольф должен был обладать этим чувством с самой ранней молодости, видеть картину сразу и целиком, примеряя происходящие с ним события на манекен стойкой убеждённости в «избранности». Это можно подтвердить событиями Первой Мировой войны, когда невзрачный и тихий австриец… неожиданно начал геройствовать, напросившись на должность вестового.

Которые не переживали обычно трёх-четырёх поручений в кромешном аду позиционной войны. На вопрос, зачем ему такое самоубийство нужно, Гитлер заявил сослуживцам перед Рождеством 1915-го: «Со мной ничего не случится, вы ещё многое услышите обо мне».

Фюрер впоследствии очень любил рассуждать на эту тему, сообщая о «божественном голосе», который за солдатским обедом говорил: «поднимайся и иди туда». Послушался, а шальной снаряд уничтожил всех в том окопе, который он покинул минутой раньше. Потом «голос» сообщил будущему фюреру в госпитале: «будь готов к миссии спасения Германии» и т.д.

Несколько эпизодов «предвидения», скорее всего, совпали со взглядами мюнхенских астрологов. Так или иначе, но Гитлер именно там услышал то, в чём был уверен давно. Потому что, после неудавшегося «Пивного путча» 1923-го вполне серьёзно заявил суду, что не нуждается в государственных должностях. Он перед могилой Вагнера понял: на нем лежит великая миссия… искоренителя марксизма.

Дальше Адольфа стало откровенно заносить. После отсидки в тюрьме и написания «Майн Кампф», он начинает говорить о себе словами святого Матфея, сравнивать свои усилия с «гласом вопиющего в пустыне». Вспоминать по поводу и без — Иоанна Крестителя, который (как и Адольф) обязан был прокладывать дорогу Тому, кто должен прийти на Землю, привести нацию к власти и славе.

Именно тогда появляется в его лексиконе титул «фюрер», подсказанный Гессом во время совместного заключения. Адольф начинает сравнивать себя с Христом. На этой «религиозности сознания» остановимся другими статьями, а пока…

(Иллюстрация из открытых источников)

Что увидел народ?

Несмотря на мифологию прессы Геббельса и полный контроль в этой сфере, осталось немало других свидетельств, как именно культ фюрера покорил Германию. Вызывал множество недоумённых вопросов у трезвых головой политиков и наблюдателей: почему вопреки всем физическим законам, этот откровенно гротескный, необразованный ефрейтор… болтун и демагог, провокатор и расист — стал спасителем Германии и творцом нового Рейха. Он ведь даже выглядел смешно.

Действительно. Ростом фюрер — немного ниже среднего. Широкие бедра, узкие плечи. Мышцы вялые, ноги короткие, тонкие и веретенообразные (этот изъян Гитлер сначала скрывал грубыми солдатскими ботинками, позже — длинными брюками).

«Большой торс, но грудь плоская до такой степени, что говорят, будто он использует подкладку в униформе. С физической точки зрения, он бы не смог пройти через требования для его собственной элитной гвардии».

С юных лет его неумение одеваться отмечали все. Часто носил баварский горный костюм (кожаные шорты, белая рубашка и вечно замусоленные подтяжки). Но современники вспоминали — получалось чучело. С коричневыми прогнившими зубами, никогда не стриженными, длинными грязными ногтями. Сначала Адольф щеголял с остроконечной бородкой, старательно прилизывая маслом пробор на голове. Первые партийные соратники по Мюнхену писали:

«Странная попытка подражать солдатской походке. Получается очень женоподобно, какие-то лихорадочные утончённые шажки. Через пару шагов он нервно поводил плечом, а его левая нога во время этого резко дергалась».

Ладно там нога. Лицо Адольфа тоже жило собственной жизнью. Нервно дёргалось, уголки губ изгибались вверх (признак последствий отравления газами на войне). Перед аудиторией всегда появлялся в простом синем костюме, который лишал какой-либо индивидуальности. Так описал Гитлера после неудавшегося Пивного путча Эдгар Моурер, вопрошая из зала суда:

«Был ли этот провинциальный денди с редкими тёмными волосами, в куцем пиджаке, с неуклюжими жестами и бойким языком ужасным заговорщиком? Всем он кажется разъезжим торговцем одежды».

После отсидки в тюрьме ничего не поменялось. Дороти Томпсон после первой встречи описывала будущего фюрера так:

«Бесформенный, почти безликий человек, чьё выражение лица комично, человек, чей скелет кажется хрящевидным, без костей. Он непоследователен и говорлив, неуравновешен и опасен. Он самый настоящий прототип «маленького человека».

Для всех американских журналистов, у которых о внешнем виде и манерах «лидера нации и партии» имелись устойчивые и глянцевые убеждения Нового Света, Гитлер всегда был загадкой. Им вторили британские коллеги, не видевшие в руководителе НСДАП ничего мужского. Лишь застенчивый, неуверенный в себе, забавно выглядевший паяц. Им вторили сами немцы, во всяком случае в 1923 году профессор Макс фон Грубер из Мюнхенского университета (лидер евгеников) утверждал:

«Тогда я впервые увидел Гитлера вблизи. Лицо и голова низшего типа, помесь; низкий впалый лоб, уродливый нос, широкие скулы, маленькие глаза, тёмные волосы. Вид не как у человека, который полностью контролирует себя, отдавая приказания, а как у бредово-возбуждённого субъекта. На лице — выражение удовлетворённой самовлюблённости».

(Иллюстрация из открытых источников)

Но есть немало других сообщений. Самое любопытное для врачей — способность глаз Гитлера «смотреть вглубь» каждого человека, с которым он сталкивался. В исторической литературе постоянно вращается такой эпизод: на митинг Гитлера отрядили полицейского, который к штурмовикам и «коричневорубашечникам» испытывал почти патологическую ненависть. Когда он стоял на посту, появился Адольф:

«Он посмотрел в глаза полицейского тем гипнотизирующим и неотразимым взглядом, который сбил с ног несчастного.

Обратите внимание: Простить можно только один раз, убедилась на собственном опыте. 3 доводав пользу только одного шанса.

Этим утром, взывая к вниманию, страж порядка признался мне: «Со вчерашнего вечера я национал-социалист. Хайль Гитлер».

Таких историй приводят тысячи, не все из них можно назвать пропагандой. Даже многоопытные дипломаты порой терялись, потом оставляя недоумённые рассказы о редком свойстве глаз Гитлера, как он часто использует «свой дар глубокого взгляда» со страшными последствиями для силы воли собеседников.

Но если собрать все профессиональные точки зрения психологов… получится не столь впечатляющая и мистическая картина. Медицине хорошо известен такой взгляд. Он всегда пристальный и мёртвый, лишённый яркости и искристости. Никогда не демонстрирует неподдельного оживления, любых эмоций. Рассеянный, редко на чём способен фокусироваться долго. С диагнозами пока повременим…

Секрет успеха.

Социальные психологи, профессиональные имиджмейкеры ещё в 50-ые годы «раскусили» некоторые секреты популярности невзрачного и гротескного фюрера. Он старался долго не контактировать с большими массами народа, отгораживался различными способами от толпы. Не любил, чтобы его разглядывали (как обожавшего монументальные позы Муссолини).

Образ «спасителя нации» регулировался миллионами плакатов, расклеенных в каждом заметном месте. На них Гитлер суров, яростен, импозантен и презентабелен. Вся националистическая пресса и кинохроника были изначально под жёстким контролем соратников Адольфа и его лично, очень хорошо понимавшими физические недостатки и блёклость продукта.

Газеты и киноэкран всегда показывали… тщательно подготовленные фотографии и кинокадры. Но изначально главенствовали их величества Плакат и Голос. Подавляющее большинство немцев могли только благодаря этим инструментам познакомиться с Гитлером. Вот здесь Адольфу не было равных, оратором он стал отменным. Держать часами в напряжении и внимании огромные толпы, проводить четыре митинга в сутки — дорого стоит.

Тут тоже странная загадка, которую не могли долгое время одолеть ни политические оппоненты Гитлера, ни последующие исследователи. Голос Адольфа был… крайне неприятным для немецкого уха. Когда он впадал в возбуждение и экстаз, там начинали доминировать крайне раздражающие скрежещущие интонации. Заканчивалась эта аудио-пытка пронзительным фальцетом. Приложите ещё не очень внятную дикцию малообразованного австрийца.

(Иллюстрация из открытых источников)

Особенно неприятен на слух Гитлер был в молодые годы. Разговаривал на лютом «суржике» верхнегерманского и австрийского диалектов. Это считалось «наречием плебса» в порядочном обществе. Начиная свою агитацию в пивных, отвращал многих… читателей. Речи были долгими, отвратительно подготовленными, сумбурными и повторяющимися. Действительно, многие из них современному человеку просто мучительно читать. Но!

Когда Гитлер оглашал их вслух, эффект был прямо противоположным. Его часто бестолковые завывания производили необычайный и яркий эффект на слушателей. Это называется «умение чувствовать аудиторию» сегодня. Сила личного убеждения, неприятный и раздражающий голос, не дающий остаться эмоционально устойчивым… умноженный на демагогию и знание, что именно хочет услышать аудитория. Это разоружало любое критическое мышление:

«Гитлер реагирует на биение человеческого сердца, как сейсмограф… реагирует с точностью, которой он не смог бы достичь сознательно, и которая позволяет ему действовать наподобие громкоговорителя, провозглашающего наиболее тайные желания, наименее допустимые инстинкты, страдания и личное негодование целой нации».

А повторяющиеся из речи в речь мантры были сконцентрированы вокруг всего трёх тем, которое постоянно пережёвывало немецкое общество 20-ых:

  • предательство «ноябрьских преступников», допустивших Версаль после Первой Мировой;
  • угроза марксизма, вполне реальная победа коммунистического движения;
  • мировое господство евреев, поставивших себе целью уничтожить голодом немецкую нацию.

Всё. На этой нехитрой «тройке» невзрачный Гитлер скакал от митинга к митингу. Часто листовки, газеты, плакаты сообщали о другой тематике выступлений в анонсах. Но будущий фюрер неизбежно начинал распространяться на все три темы, либо подробно останавливался на какой-то конкретно (в зависимости от реакции аудитории).

Немцам это очень нравилось. Словно зомби, они ходили на один митинг за другим, хотя никаких новых постулатов там не звучало. Было не интересно… что именно этот нервный человечек говорил, очаровывало — как именно.

(Иллюстрация из открытых источников)

Тонкости роли.

Уже в 20-ые годы Адольф понимал собственную невзрачность, поэтому стал посещать курсы актёрского мастерства. Не особо в нём продвинулся, интуитивно понял: нужно быть гипертрофированным позёром с большим чувством драматизма. Свято следовал другому важному правилу — выступать только вечерами, когда публика уставшая, податливая, принявшая внутрь пенного баварского антидепрессанта.

Заблаговременно в пивные направлялся кто-то из помощников с короткой, провокационной речью, для разогрева. Впоследствии эту роль взяли на себя штурмовики, как нацисты выкатились из забегаловок на улицы и площади городов Германии. Это стало строгим ритуалом, очень впечатляющим.

«Вождь» неторопливо шёл внутри живого стройного коридора из безмолвных шпалер рослых и суровых штурмовиков. Либо неожиданно появлялся из задней двери зала. Тогда ему быстро сооружали этот проход, чётко и безукоризненно. Всегда возглавляя небольшую группу сопровождающих, никуда не глядя, Гитлер неумолимо шёл к ораторскому столику или трибуне. Под военный весёлый марш (почти всегда был оркестр).

(Иллюстрация из открытых источников)

После некоторых митингов впадал в бешенство, если кто-то пытался приветствовать его, мешал продвижению. В начале выступления обычно проявлял нервозность, впивался своим взглядом мертвеца в ряды аудитории, ожидая выкриков, вопросов, просто гула возбуждения. Не мог сказать вообще ничего вразумительного, пока не начинал «чувствовать толпу».

Однажды даже потерял дар речи, когда в очень академичной берлинской аудитории его встретили полным безмолвием. Просто с весёлым недоумением разглядывали наряженного в коричневую униформу нескладного неврастеника. Тогда он схватил стол, с огромным шумом начав его бестолково двигать. Раздались громкие смешки… и тут Гитлер взорвался: «Вам смешно? Чему смеетесь!? В это время…» (ну и про коммунистов, евреев, предателей понеслось). Успех был оглушительным.

Журнал «Ньюсвик» недоуменно писал в начале 30-ых:

«Женщины падали в обморок, когда с багровым и искажённым усилиями лицом он выдавал свою магическую ораторию. Она состояла из расстегнутого воротничка, взъерошенных волос, огня в глазах; Гитлер был похож на загипнотизированного человека, доводящего себя до исступления».

Вот весь секрет. Эта «огненная оратория» была абсолютно новой для немцев, особенно замкнутых, неспешных и немногословных баварцев низшего класса, где звезда фюрера поднималась. В Мюнхене Гитлер со своими выкриками и жестикуляциями стал острым политическим развлечением. На его спектакли валом валили, платя за место в пивных немалые деньги. Даже всерьёз поговаривали о способности «гипнотизировать аудиторию».

Так или иначе, полный набор отталкивающих физических признаков оратора (внешний вид, плохая речь и отвратительный голос, сумбур и невнятность воззваний)… странным образом толпу пьянили, порой доводя до полного исступления.

(Иллюстрация из открытых источников)

Выводы.

Вот такого Гитлера знал немецкий народ. Пламенного, на грани помешательства, оратора, который в конце выступления не просто сходил с трибуны … он с неё падал в полном нервном истощении. Как такому не верить, притворством комедианта такого не добиться. Образом воспользовалось ведомство нацистской пропаганды, доведя до идеала образ Мессии и Спасителя.

Это была сложная, въедливая работа. Не нужно считать Гитлера интуитивным энтузиастом, клиническим безумцем. Он не совершал до начала 40-ых годов ни одной ошибки, держал себя в узде нечеловеческого контроля. С первых дней своей политической карьеры непреклонно отказывался раскрывать что-либо из личной жизни, доведя прессу до исступления загадками своего прошлого.

Для большинства ближайших соратников так и остался непознанной тайной. Чем больше скрывал и умалчивал, тем больше подогревал любопытство к своей персоне. Это сознательная и постоянная работа стала унавоженной почвой для создания пропагандистского мифа и легенды, что вылилось… в пропаганду «фюрера-сверхчеловека».

Всё шло в ход: не ест мяса, не пьёт алкоголь, не курит, не отвлекается на женский пол, поскольку «женат на Германии», работает по 18 часов в сутки, знает всё и обо всех. Стоик и аскет, посвятивший всего себя строительству Рейха. Это производило впечатление. Особенно на фоне литературы о доброте, щедрости и внимательности. Сентиментальный обыватель-немец верил, разглядывая со слезой умиления бесчисленные фотографии Гитлера в окружении счастливой детворы.

(Иллюстрация из открытых источников)

Так появилось «абсолютное Всё» для нации: великий утешитель, свет в тоннеле, отец, муж, брат и сын каждому немцу, утратившему в Первую Мировую войну и последующие годы неурядиц родственника. Он отомстит за каждого! Очень быстро нарисованная в СМИ волшебная сказка так и не была подтверждена серьёзной автобиографией или политическим трактатом. Только откровенная белиберда «Майн Кампф».

Но. Критическое мышление народа отключилось. Безработица быстро шла на спад, появились дороги, о которых немцы даже не мечтали. Скорость любого строительства завораживала, лицо Германии преображалось наглядно. Потом пошли исполнения казалось бы невозможных обещаний. Успехи в дипломатии, «судьбоносные» социальные реформы, избавление решительными методами от «главного зла» — евреев.

За всем этим пристально следил… нет, не Геббельс. Лично фюрер. Всегда беспокоился и настаивал, чтобы малейший успех его политики был максимально театральным, зрелищным, обязательно получал одобрение общественности. Порой случались блёклые постановки, за которые штатные пропагандисты и помощники получали истеричные нагоняи.

К чему это всё было, какова конечная цель? Видел ли её Гитлер? Конечно. Весь сценарий был написан ещё в 20-ые годы, неуклонно выполнялся. Был насквозь религиозным, нагнетал сверхъестественную, мистическую атмосферу, из самых разных Великих Мифов, древнегерманских и христианских. Появление Гитлера в роли канцлера… больше подобало Богу, чем смертному. Американский журналист точно подметил:

«В Мюнхене в начале осени 1936 года я видел цветные фотографии Гитлера в настоящем серебряном одеянии рыцарей Грааля; но их вскоре сняли. Они портили шоу, были слишком близки к истине о менталитете Гитлера».

(Иллюстрация из открытых источников)

А годом позже на традиционном Нюрнбергском съезде нацистской партии делегатов встречали огромные фотографии Гитлера с надписью: «Вначале было Слово…». Когда зарубежные журналисты стали задавать вопросы, инициативу на них ответить взял на себя мэр Гамбурга:

«Нам не нужны ни священники, ни исповедники. Мы общаемся с Богом напрямую через Адольфа Гитлера. У него много качеств, сходных с качествами Христа».

Так была окончательно оформлена новая вера. НСДАП начала тиражировать в собственной прессе откровенно религиозные опусы, которые нашли отражение в резолюции организации «Германский христианин» апреля 1937 года:

«Слова Гитлера — это закон Божий, указы и законы, представляющие его, наделены Божественной силой. Возникла новая власть, за которую стоят Христос и христианство — это Адольф Гитлер… истинный Святой Дух».

Продолжение следует…

#Адольф Гитлер #Гитлер #история Германии #Вторая Мировая война #нацизм #фюрер #психология масс #нсдап #национал-социализм #гитлеровская германия

Еще по теме здесь: Психология.

Источник: Адольф Гитлер: в собственном зеркале и глазах немецкого народа….