Недавно, листая YouTube, я наткнулась на передачу Андрея Малахова, посвященную вебкам-бизнесу. Обычно я избегаю подобных шоу, но тема зацепила. В своей узнаваемой манере ведущий устроил обсуждение с участием вебкам-моделей и «экспертов» из народа: многодетного отца, блогера о пирожках и депутата. Их аргументы сводились к морализаторству: «как не стыдно», «лучше бы пирожков напекла», «женское предназначение» и призывы запретить это «безобразие», чтобы не видели дети. Уровень дискуссии был предсказуемо низким.
Модели пытались защищаться, но их голоса тонули в хоре осуждения. Для видимости объективности пригласили врачей-сексолога и психотерапевта, но их мнение по существу не выслушали. Вместо этого дали слово «раскаявшейся» бывшей модели, чьи слезы привели зал в восторг. По сути явления не сказали ничего, заглушив экспертов эмоциями.
А между тем, вебкам — это сложное и многогранное социально-технологическое явление, заслуживающее серьезного разговора.
Ранние дни индустрии: взгляд изнутри
Я познакомилась с вебкамом около 15 лет назад, когда о нем почти никто не знал. Мой ученик, IT-специалист, организовал студию. Он настраивал оборудование, обеспечивал трафик и вывод денег (тогда онлайн-банкинг был редкостью), а половину заработка моделей забирал как плату за услуги. Он искренне считал, что дал девушкам отличную возможность: безопасная работа без рисков уличной проституции — никто не бьет, не заражает и не отбирает деньги. По его словам, это даже не проституция, а «шоу, вроде стриптиза», но безопаснее, ведь модель физически недоступна для клиента. Он подчеркивал, что для парней девушек это тоже плюс — никаких измен, только заработок без риска для отношений.
Другая сторона медали: реальность крупных студий
Совсем другую картину я увидела в прошлом году, когда у меня училась вебкам-модель. Она работала в крупной студии с филиалами, и это был не вольный фриланс, а строгий фуллтайм с графиком смен, больничными по справке и штрафами за опоздания. Компания вложилась в интерьеры, круглосуточную техподдержку, операторов чатов и офис-менеджеров для контроля.
Девушка приходила на 8-часовую смену. Заработок складывался из «чаевых» (типсов) в общем чате и платных приват-чатов, где клиент платил за время по тарифу и мог дать дополнительную плату за выполнение интимных просьб. На респектабельных сайтах запрещен экстрим, но «классика» — использование секс-игрушек — поощряется. Особой популярностью пользуется «лаш» — вибратор, управляемый клиентом удаленно через интернет. Задача модели — убедить его, что он довел ее до оргазма на расстоянии.
По словам моей ученицы, работа выматывающая, нервная и низкооплачиваемая. Легенды студий, зарабатывающие огромные суммы, — исключение. Чаще это студентки из регионов, часами сидящие в эфире в надежде на скромные поступления для жизни в чужом городе. Многие зрители не спешат платить, предпочитая получать моральное удовлетворение даром — через комплименты или, наоборот, оскорбления.
Вебкам как продукт технологической эволюции
Вебкам-стриминг — закономерный итог развития интернета и коммуникаций. Он стал возможен только с приходом высокоскоростного соединения.
Эволюция шла поэтапно: в эпоху dial-up были лишь фото, потом — записанное видео, и наконец — живое онлайн-общение. Параллельно развивались и другие форматы: от форумов и соцсетей до видеозвонков и конференций. Так же прогрессировали игры — от символичной графики к виртуальной реальности, и торговля — уходящая в онлайн. Индустрия развлечений, от лекций до азартных игр, теперь помещается в смартфоне.
Антиутопия, ставшая реальностью
Прогнозы прошлого сбываются. Если раньше обывателю для досуга нужна была инфраструктура, то теперь достаточно кровати-ящика и смартфона, в котором течет вся его эмоциональная жизнь. Дайте ему базовый доход — и он никому не будет мешать. Большая часть населения может пребывать в цифровом «наркозе», погруженная в виртуальные миры, как в «Матрице».
В контексте онлайн-эротики вспоминается серия «Черного зеркала», где люди живут в камерах, крутят педали генераторов и смотрят развлекательный контент, включая эротический. Одна героиня мечтает петь и пробивается на конкурс. Влюбленный в нее мужчина отдает все свои «биткоины», чтобы помочь ей. Она побеждает, но оказывается не на сцене, а на экране в его камере — ее «талант» оказался востребован только в индустрии для взрослых.
Примерно это происходит с вебкам-моделью: она может изучать архитектуру Возрождения, но тысячи мужчин платят (или не платят) за то, чтобы смотреть, как она изображает оргазм. Это и есть секс в условиях цифровой «Матрицы» — обезличенный, коммерциализированный и удаленный. Вебкам — яркий символ этой новой реальности.
Lorenz Malka на TexTerra
Другие статьи Малки Лоренц
Рубрика Makka Lorenz Пятничные вопросы
- Овсянка: от равнодушия к озарению через опыт молчаливого ретрита в Израиле
- Соль для вкуса: Пьяный спор, полуголая девушка и неожиданная встреча
